Форма ПустотыЭкспозицияОткрытие
Главная / Проекты / «Форма Пустоты»

«Форма Пустоты»

10.11.2011 - 26.11.2011

Андрей Бабчинский, Андрей Базюта, Юлия Балаева, Александр Гнилицкий, Ксения Гнилицкая, Мария Гончар, Леся Заяц, Тарас Ковач, Александр Лигадовский, Максим Мамсиков, Максим Мирнов, Алена Науменко, Сергей Попов, Владимир Сай, Денис Саливанов, Евгений Самборский, Валерия Трубина, Альбина Ялоза

 

В буддийской философии высшую реальность называют «Шуньятой», то есть «Пустотой». Эта наделенная жизнью Пустота есть неисчерпаемый источник творения. Она порождает все формы бытия и питает их своей энергией до тех пор, пока они снова не растворятся в той же исходной безначальной пустоте. Будучи временными воплощениями Пустоты, предметы и явления не имеют реальной устойчивой природы, они подобны водяным пузырям или отражению луны в воде. В одном из самых известных первоисточников буддизма «Сутре сердца» говорится о слиянии противоположностей – Формы и Пустоты – в единое целое: » Форма есть пустота, пустота и есть форма. Нет формы помимо пустоты, нет пустоты помимо формы».

Все переживаемое лишь иллюзия, эта иллюзия есть цепь мгновенных комбинаций. Хотя переживания могут ощущаться как реальные, устойчивые и отделенные от всего остального, они на самом деле представляют собой лишь непрерывно меняющиеся потоки впечатлений. Когда освобождаешься от иллюзии «Я» и полностью присутствуешь «здесь и сейчас», приходит величайшая мудрость и радость. Это состояние Истины нельзя выразить словами, лишь искусство может его материализовать и превратить в эстетическую экзистенцию.

Широкое распространение в 60-70е годы в Европе и Америке буддизма привело к появлению Медитативного искусства. Оно возникло, прежде всего, в среде американских абстракционистов, как реакция против агрессивной эмоциональности абстрактного экспрессионизма. Некоторых художников послевоенного поколения вдохновляли идеи буддизма и восточный опыт использования искусства как одного из действенных путей к медитации, сакрализация семантики пустоты, паузы. Абстракционисты показывали пустоту, создавая огромные монохромные полотна, используя гипнотическую силу цветового пространства. Минималисты обращались к форме повторяющегося чередования элементов, создавали ритмы монотонно чередующихся геометрических структур, очищенных от всяких смыслов. Они стремились отразить гармонию Вселенной, в которой ритмы движения всех объектов, от элементарных частиц до галактик, синхронизированы.

Илья Кабаков определял «пустое» как «абсолютное ничто, и абсолютная полнота… не временная или пространственная пауза, а бесконечное напряженное поле, содержащее в потенции все богатство разнообразных смыслов и значений…» В постсоветском пространстве в 80-90е годы Пустотный канон стал важнейшим явлением в актуальном искусстве. Это была естественная реакция на идеологическую переполненность советской культуры. Пустотность воплощена московскими концептуалистами во множестве акций, произведений и текстов.

В настоящее время Буддизм распространился по всему миру, его учение влияет на современную культуру стран и Востока и Запада. Есть ли линия соприкосновения между буддизмом и современным искусством в Украине? Насколько художник готов проникнуть в суть Буддизма, понять идею пустоты и мимолетной природы всех вещей? Возможно ли сохранять внутреннюю тишину в самой гуще жизни? Какие формы и методы искусства могут передать состояние созерцания и духовного освобождения или запечатлеть мимолетное мгновение жизни? Этим вопросам посвящена выставка «Форма пустоты», в которой принимают участие известные и молодые украинские художники.

Пустотность изображения на первый взгляд оборачивается пустотностью смысла. Но из этого очищенного от многословия пространства течет новая волна значений, задаваемых как визуальной облегченностью произведения, так и простотой и легкостью высказывания. Произведения участников презентуют как пустоту, пространство так и разнообразие форм. Но кроме этого, работы на выставке тонко взаимодействуют между собой, подтверждая, что все в мире является частью целого.

Проект проходит в рамках Фестиваля буддийской культуры при поддержке Объединения буддистов Алмазного Пути линии Карма Кагью в Украине.

 

Цветок – это скоропреходящая, но самая прекрасная форма состояния растений. В своей живописной работе Валерия Трубина увеличивает его многократно, сосредотачиваясь на малейших деталях. Макро-взгляд как форма медитации на объект. Владимир Сай, наоборот, предлагает зрителю сфокусировать взгляд на микрообъекте – крошечном цветке, созданном из той же масляной краски. А на картине Марии Гончар, которая увлечена оптическими эффектами, все формы распадаются, трансформируясь в калейдоскопический узор.

Художник способен везде найти «знаки» мировой гармонии. Символ – универсальный инструмент постижения тайн бытия, выражающий скрытый от обыденного сознания смысл. Евгений Самборский превращает символ комикса в символ медитации. Пустой «словесный бабл» на белой стене означает паузу в действии, речи и мысли – тишину опустошенного ума.

На Востоке множество изображений Будды иллюстрируют истории из его жизни и воплощений, его образы призрачны и вечны. Их декоративность органична и является сущностью произведения. Буддийское мировоззрение широко распространяется и на Западе, оно воспринимается как альтернатива ценностным стандартам современной цивилизации – эгоцентризма и философии потребления. Но его популяризация не только помогает найти путь, но часто ведет к профанации идеи. Изображение Будды давно вошло в поп-культуру Запада, в сферу беззаботного пассивного потребления в качестве декоративного изображения с неким культовым смыслом.
Одна из самых знаменитых работ пионера видео арта Нам Джун Пайка – ТВ-Будда. Загадочно улыбаясь, статуя сидящего Будды смотрит телевизор. Он наблюдает себя самого, снимаемого в этот момент камерой, укрепленной напротив. Лаконично, точно и в рамкам технологии 70-х. Сегодня Андрей Базюта, используя science art технологии, предоставляет счастливую возможность каждому, кто попадет в поле камеры, увидеть себя Буддой. Идея так же проста, но воплощение соответствует современной эпохе зрелищности.
На санскрите «Аватар» означает форму нисхождения Бога из духовного мира в более низкие сферы бытия, сегодня же это публичное представление пользователя в сети. Живописный портрет в виде пустого Аватара Ксении Гнилицкой звучит как отказ от всех характерных черт личности и полное освобождение от Эго.

«Когда горшечник формует на гончарном круге стенки и дно, он изготавливает, строго говоря, не чашу, он формует пустоту», – писал М. Хайдеггер. В 60-е Сол Ле Витт построил клетку из прозрачных кубов – но она не была пуста, в ней была пустота, организованная, скованная монотонно повторяющейся структурой решетки. Сегодня, через 50 лет, художники тоже могут выстраивать разные структуры или ряды, формуя пустоту. Белые окна на белой стене у Алены Науменко, слова у Юлии Балаевой, полоски жалюзи у Сергея Попова или сегменты из акрила у Александра Лигадовского создают различные ритмы. Художники используют элементы минимализма, но их структуры не так строги как у модернистов 20-го века. Они чувствуют себя более свободными, чтобы изменять неподвижные формы и смыслы, ведь не существует ничего постоянного в этом мире. Примагниченные окна на картине можно передвигать как угодно или вообще снять. Из падающих с неба слов складывается песня про капли. Сквозь жалюзи снаружи пробивается солнечный свет, растворяя параллельные линии в центре полотна. А легкая девушка совсем исчезнет, если ее обойти на 90 градусов.

Кант говорил, что только две вещи достойны удивления и восхищения – это звездное небо над головой и наш внутренний мир. В мечтательно-иронической картине Андрей Бабчинский обращается к основным символическим мотивам таких как «смерть», «рождение», «ожидание». Он обобщает и упрощает форму, создает ритмы движения и повторения. Аэрозольные младенцы, сотканные из звезд и планет, безмятежно вращаются в космосе, как непроявленные формы, ожидающие воплощения.

В картине Дениса Саливанова магический поток света входит и блуждает в пустой комнате, проходя через прошлое и освещая настоящее. Александр Гнилицкий создает картину моря с закругленной линией горизонта. Оба художника создают искажения форм и пространства, первый использует сюрреалистический метод, второй – эффект «рыбьего глаза». Александр Гнилицкий и Леся Заяц в своем видео-хайку «Sakura cable» создают «чудо» вручную, используя цветы из китайской шелковой бумаги. Формы жизни могут появиться даже на электрическом кабеле.

Максим Мамсиков как обычно принимает роль наблюдателя, он выхватывает момент реальности и представляет его в лаконичной и поэтичной форме для безмятежного созерцания – чистое небо, луна и самолет. Формалистическая работа Тараса Ковача предлагает зрителю пронаблюдать последовательность создания и исчезновения формы. Это история одного белого листа А4, как он стал самолетиком а потом снова самим собой. Как в искусстве, так и в жизни дефиниции часто заслоняют истинный образ. В работе Максима Мирнова информация об образе представлена как эквивалент образа, интеллектуальная провокация вместо эстетического восприятия. Место образа занимает label, который обычно прилагается к произведению, чтобы идентифицировать его авторство, время создания, материал, размер и принадлежность.

Наталия Филоненко

SHARE